НАЧАЛО  



  ПУБЛИКАЦИИ  



  БИБЛИОТЕКА  



  КОНТАКТЫ  



  E-MAIL  



  ГОСТЕВАЯ  



  ЧАТ  



  ФОРУМ / FORUM  



  СООБЩЕСТВО  







Наши счётчики

Яндекс цитування

 

      
Институт стратегического анализа нарративных систем
(ИСАНС)
L'institut de l'analyse strategique des systemes narratifs
(IASSN)
Інститут стратегічного аналізу наративних систем
(ІСАНС)



статья

Особенности гуманитарных методологий

В.И. Красиков

Методология гуманитарного знания в перспективе XXI века. К 80-летию профессора Моисея Самойловича Кагана. Материалы международной научной конференции. 18 мая 2001 г. Санкт-Петербург. Серия «Symposium». Выпуск №12. СПб.: Издательство Санкт-Петербургского философского философского общества, 2001. C. 70-75.

[70]

Если задаться вопросами о том, что такое методология, что лежит в ее основе, то общим абстрактным ответом будет такой. Методология — это философская дисциплина, исследующая условия, возможности и способы

[71]

организации мышления в некоторые упорядоченности. Наше мышление с одной стороны повернуто на практику, обслуживает реальное познание, науку; с другой же — способно и к самодостаточному развитию в пределах только самого себя. Соответственно, в основе многообразия общенаучных и общефилософских методов лежат по сути два: метод проб и ошибок и метод мыслительного конструирования, эмпирико-индуктивный и аксиоматическо-дедуктивный.

Метод проб и ошибок вкратце можно описать следующим образом. Столкнувшись с определенной проблемой, ученый предлагает, в порядке гипотезы, некоторое решение —теорию, индуктивное объяснение. Она предстает перед другими учеными, чья задача —подвергнуть ее критике и проверке. Если результат проверки свидетельствует об ошибочности теории, то она элиминируется. Метод проб ошибок и есть, по сути, метод элиминаций. Его успех зависит главным образом от выполнения трех условий: предлагаемые теории должны быть достаточно многочисленны (и оригинальны); они должны быть достаточно разнообразны, осуществляемые проверки должны быть достаточно строги. Тем самым мы сможем надеяться на выживание самой подходящей теории посредством элиминации менее подходящих.

Методологии типа диалектики, системного-структурной, синергетики или герменевтики представляют собой методики мыслительного моделирования. Они в меньшей мере связаны с повседневностью или научной практикой, выражают скорее развитие самой мыслительной сферы. Диалектики, синергетики или системщики склонны утверждать о том, что их сценарии понимания мира — мира как находящегося в непрерывном развитии или мира, становящегося из хаоса или мира как множества систем — и есть глубинно-сущностное объяснение мира. Меж тем их прекрасные методы хороши и действенны только в случае безусловного и однозначного принятия тех аксиом, идеализированных допущений, которые лежат в основание образов мира диалектики, синергетики, герменевтики или системно-структурного-метода. Т. е. в этих случаях как бы есть правило: хочешь пользоваться методом — будь добр принимать и метафизические картинки, с которым «сцеплен» этот метод. Если метафизика миропонимания какого-либо исследования противоречит исходным аксиомам метода, которым бы хотели бы воспользоваться, то он становится бессмысленным для применения в этом исследовании. Разные возможные системы значений мира в той или иной историко-философской, научной или культурной традициях «порождают» свои разные «логики». Подобные методологии являются, т. о., логиками разных картин мировосприятий. Разные «картины мира» разных методик по-разному представляют свою объектную среду и способы ее существования. От этого, по сути, и зависят основные особенности их методологических стандартов — как, при помощи каких операций, строить модели «развития», «системы», «структуры», «становления» или «понимания».

[72]

Между исследованием, базирующимся на методе проб и ошибок, чисто операционально-индуктивной обработке эмпирического материала, и исследованием, признающим еще и внутреннюю логическую суверенность мышления, существует нечто, похожее на несоизмеримость. Так позитивист, признающий лишь эмпирико-индуктивное первородство познания, просто не в состоянии понять диалектику, автономность и самозаконность сферы мышления, равно как диалектик часто не способен видеть условность и метафоричность онтологизаций своих категорий в сопоставлении с повседневностью. Этим мыслительные методики, неявно претендующие на всеобщность, отличаются, к примеру, от простых, чисто операциональных методов, типа абстрагирование, формализация, метафоризация или идеализация.

Возможно первый из них, получивший отчетливое выражение в историко-философской традиции, — это «диалектика». Выделяют две основные ее исторические формы. Античная диалектика означала первоначально искусство вести беседу. Это было учение о естественном рассуждении, опирающемся на положения, истинность которых строго не указана, когда нам позволительно усиливать или ослаблять свои посылки, изменять определения.

Стараниями Гегеля, Маркса и Энгельса, в «диалектическом материализме» появилась объективистская версия «диалектики», базирующаяся на принципах: тождество бытия и мышления (субстанция есть субъект и органическая система) и легализации противоречия. Утверждается, что природа, общество и мышление составляют собой один развивающийся универсум, имеющим общую, диалектическую, логику развития. Это подразумевало, что любой универсальный закон развития объективного и духовного мира является вместе с тем и законом познания. Любой закон, отражая то, что есть в действительности, указывает также и на то, как следует правильно мыслить о соответствующей области действительности. Отсюда интерпретация «диалектики» как некоей «сверхтеории», «науки о наиболее общих законах развития». Диалектика — теория развития, развитие — основной ее объект. В этой связи необходимо помнить о том, что понятие «развития» относимо к характеристике лишь части мировых изменений. Их «цель», «самоорганизация» определены в особенностях их конституции и задают характер последовательности и динамику изменений. Лишь по отношению к таким объектам будет работать диалектика, т.е. по отношению к объектам, к которым применимы признаки развития. Соответственно, возможно их моделирование в мысли как «развивающихся». Матрицей, элементарной «ячейкой», диалектического метода является «триада» — представление развития как последовательности «тезиса», «антитезиса», «синтеза». Общая метафора развития — восходящая «вверх» спираль (смысл усложнения и внутренней дифференциации). Предписания построения диалектического объекта в исследовании включают использование помимо триады еще и объяснительных схем-«законов» — перехода количественных

[73]

изменений в качественные, единства и борьбы противоположностей, отрицания отрицания, представляющих в диалектической модели внутренние механизмы развития.

Диалектика часто служит основой худшего вида догматизма: объявляя противоречие нормой, любое указание на противоречивость своих же положений она объявляет незнанием себя, т.е. диалектики. Эвристический потенциал диалектики ограничен. Претендовать на объяснение физического и социального мира она не может. Здесь она не дает приращения нового знания, помимо банальных утверждений о том, что развитие имеет свои основания в самом себе и имеет стадии. Но она полезна как отличное дидактическое средство воспитания гибкого операционального мышления, демонстрации пределов опыта — в мышлении человека, где действительно, в процессе мышления мысли «перетекают» в друг друга, взаимопревращаются, идеи «борются» друг с другом. Так же несомненно работает диалектика в описаниях истории идей, теорий, когда можно при помощи понятий раскрыть их сложные отношения отрицания и преемственности. Так же очень важным является историко-философский момент в развитии сферы самого мышления. Диалектика подверглась справедливой критике как реакция на сильнейший идеологический диктат и непомерные амбиции ее носителей, догматиков советской философии. Так бы, может, и никто бы особенно и не ополчался на диалектику. Как теория развития мысли, форма категориальной систематизации в рамках философского универсализма — она представляла собой блестящий, грандиозный и интересный философский проект. Мы же не накидываемся на Плотина или Фому Аквинского, хотя их системы не менее далеки от житейских реалий. Диалектике так сильно «досталось» в силу ее идеологического функционирования как методологической основы воинствующего социального проекта. Итак, сильные и заслуживающие внимания стороны гегелевского проекта формазации мышления (где она найденная некая мыслительная «форма»):

— диалектика есть исторический проект категориального синтеза, в ней представлена модель внутренне-противоречивого, стадиального саморазвития мышления;

— диалектика есть форма интеллектуальной демонстрации истории самого мышления: относительно самостоятельные линии размышления, рассуждения, аргументации, характерные для отдельных теоретических систем, для особенных субъектов мысли, выстраиваются, при ретроспективном рассмотрении, в некую генетическую последовательность: что видно на примере гегелевской «Истории философии»;

— диалектика есть одна из форм мышления, обосновывающая современные логико-рациональные начала, исходные основы философского универсализма (в ряду Парменида, Плотина, Спинозы).

[74]

Рассматривая современное значение «диалектики», можно сказать, что сейчас она представляет собой лишь одну из методик мыслительного моделирования, исторический вариант систематизации категорий. Заслуживает внимания и использование в преподавательской практике демонстрации диалектики как свидетельства внутренней самобытности мыслительной сферы. Жизнь зрелой мысли более динамична, менее скована фиксирующими условностями жесткого, удерживающего определения. Здесь мысли взаимоперетекают, борются друг с другом, переходят в друг друга, содержат в себе отрицание себя и иного. Если мы все же попытаемся, уйдя от «романтизма» стихии мысли, дать более формализованное определение диалектики, то это будет способ оперирования понятиями, опирающийся на последовательно осуществляемые процедуры как расчленения, так и отождествления наших понятий. В отличие же от элементарных процедур «анализа — синтеза», «диалектика» предполагает осуществление своих процедур в созданном ею же континууме значений, идеализированных допущений ее картины мира: единства во времени и целостности, направленно усложненного развития с сохранением инвариантов предшествующего. Лишь в подобном онтологическом контексте правомерны «диалектические объекты». Кстати, другие методики мыслительного моделирования, или «логики», складываются в своих отчетливых формах в ХХ веке. Степень их самоотчетности возрастает, они уже не гипостазируют свою объектную среду в качестве «глубинных оснований» вселенной. Они сознают ее относительность, «региональный» характер — применимость в какой-то характерной онтологической области. Хотя и здесь есть свои «экстремисты» (мир — текст, или мир — становление, мир — структуры и пр.)

Идеализирующие допущения системно-структурного метода в известной степени противоположны допущениям «диалектики», а именно, здесь: а/ отвлекаются от «развития» теоретического объекта в глобальном контексте, т. е. редуцируют важнейшее условие «диалектики»; б/ строят исследование на выделении абстрактных инвариантов, сохраняющихся на протяжении всего периода «жизни» данного объекта.

Синергетика представляет свои объекты в виде систем, находящихся в сложных изменениях. В отличие от «диалектических» объектов в них отсутствуют внутренние биполярные конфигурации, являющиеся проявлением зрелой, упорядоченной внутренней жизни, базирующейся изначально на некотором «порядке». Здесь же, в «синергетических» объектах — постоянное, недетерминированное становление. «Сложные изменения» этих объектов не есть «развитие» классической диалектики, хотя и присутствуют многие сходные признаки (качественные изменения, возникновение новых качеств). Важные отличия, идеализирующие допущения («картина мира»): нет линейной направленности, заданной самоорганизацией; фазы нестабильности, неравновесности играют столь же важную роль в «истории» си-

[75]

нергетических объектов, как и законы (в «диалектике» оставляют за скобками внимания неупорядоченную предысторию и послесловие «развития»); случайность, неопределенность приобретают равноправный онтологический статус наряду с законом и определенностью; стабильное целое, порядок создаются как выражение кооперативных процессов объединения всей суммы отдельных взаимодействий на уровне частей. Синергетика, в сравнению с диалектикой, охватывает больший бытийный спектр изменчивости, включая в него и простые, и сложные, и самоорганизованные, и недифференцированные среды и объекты.


nationalvanguard


 

   
вверх  Библиография г. Ивано-Франковск, Группа исследования основ изначальной традиции "Мезогея", Украина


Найти: на:
Підтримка сайту: Олег Гуцуляк goutsoullac@rambler.ru / Оновлення 

  найліпше оглядати у Internet
Explorer 6.0 на екрані 800x600   |   кодування: Win-1251 (Windows Cyrillic)  


Copyright © 2006. При распространении и воспроизведении материалов обязательна ссылка на электронное периодическое издание «Институт стратегических исследований нарративных систем»