НАЧАЛО  



  ПУБЛИКАЦИИ  



  БИБЛИОТЕКА  



  КОНТАКТЫ  



  E-MAIL  



  ГОСТЕВАЯ  



  ЧАТ  



  ФОРУМ / FORUM  



  СООБЩЕСТВО  







Наши счётчики

Яндекс цитування

 

      
Институт стратегического анализа нарративных систем
(ИСАНС)
L'institut de l'analyse strategique des systemes narratifs
(IASSN)
Інститут стратегічного аналізу наративних систем
(ІСАНС)



статья

Будущее музыкознания

А.С. Клюев

Методология гуманитарного знания в перспективе XXI века. К 80-летию профессора Моисея Самойловича Кагана. Материалы международной научной конференции. 18 мая 2001 г. Санкт-Петербург. Серия «Symposium». Выпуск №12. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2001. C. 294 — 296.

[294]

Проблема перспектив развития музыкознания была поставлена в отечественной науке о музыке уже давно, но наиболее отчётливо заявила о себе в 1988 — 1989 годах в связи с обсуждением на страницах журнала «Советская музыка» темы: «Музыкальная наука: Какой ей быть сегодня?» [1]. Практически все участники обсуждения этой темы сходились на мысли о том, что будущее музыкознание должно стать чем-то вроде обобщённой теории музыки, включающей в себя теоретическое, историческое, психологическое и проч. знание о музыкальном искусстве. Так, например, Вячеслав Медушевский говорит: В науке обозначился «интерес сейчас не столько к отдельным дисциплинам, сколько к цельной картине устроения музыки и её роли в современной ситуации» [2]. А вот мнение Михаила Мугинштейна: «В преддверии ХХI века на горизонте уже чудятся контуры некоего синтетического музыковедения, где наука чудесным образом сливается с искусством, а стихия искусства — со стихией самой жизни!» [3]. В этом смысле естественным стало то, что участники обсуждения проблемы: Музыкальная наука: какой ей быть сегодня? в конечном счёте пришли к выводу о том, что будущей наукой о музыки выступит философия музыки. Так, Вячеслав Медушевский подчёркивал: «Музыковедение ощущает себя ныне не только наукой. В нём явственно зазвучали философские нотки …» [4]. Ещё более определённо на это указал Изалий Земцовский: Для музыковедения сегодня «особенно

[295]

важна философия. Я бы даже предсказал актуальность развития философии музыкального анализа» [5].

Думается, что это прогнозирование было абсолютно верным, поскольку сегодня очевидно, что музыка, безусловно, представляет собой объект философского анализа. Такое суждение обусловлено осознанием музыки как сложного художественного образования, несущего информацию о различных аспектах (гранях и т.д.) бытия, в силу наличия в звуковой материи музыки трёх уровней звучания: физико-акустического, коммуникативно-интонационного и духовно-ценностного [6]. При этом мы хотели бы подчеркнуть, что речь может идти только о философии музыки — в смысле собственно философии, не эстетики, — но не о философии каких либо других искусств: живописи, литературы и т.д. Последнее связано с особым положением музыки в системе искусств. Прокомментируем этот тезис.

Как известно, искусство — продукт деятельности художника, обладающего самосознанием, в свою очередь являющимся высшим выражением интеграции «психических сил» человека [7]. Вместе с тем, наиболее интегрированное (концентрированное) выражение этих «психических сил» мы обнаруживаем проявленным именно в музыке. Показательно в этом плане суждение М.Ш. Бонфельда. «Музыкальное мышление, — указывает учёный, рассматривая последнее как специфическое воплощение отмеченных выше «психических сил» человека, — … разновидность континуального художественного мышления, присущего всем видам искусства. Существует, однако, немало свидетельств об особой позиции музыки в этой сфере. Значи-

[296]

тельная отвлечённость от предметных реалий внехудожественного мира, недискретность музыкальной ткани образуют из музыки как бы квинтэссенцию континуальности, поднимают её в этом смысле на уровень, недосягаемый для других видов искусства…» [8] Таким образом, музыка по существу оказывается концентрированным выражением искусства. Данную точку зрения подтверждают, например, исследования С.Х. Раппопорта, в частности, его статья «Природа искусства и специфика музыки», в которой автор подчёркивает: «Мы находим в музыке все необходимые и достаточные стороны искусства в их теснейшем взаимодействии, в их нерасторжимом сплаве… Больше того, анализ показывает, что в музыке природа искусства находит самое отчётливое выражение» [9]. И затем: «Главная особенность музыки… состоит, по-видимому, в том, что она, несомненно, является наиболее «чистой» моделью искусства как особой системы…» [10].

Мы полагаем, что философия музыки, как будущая наука о музыкальном искусстве, позволит продвинуться в постижении «конечных тайн» музыкального творчества, а вместе с тем — и бытия в целом.

Примечания
[1] См.: Музыкальная наука: Какой ей быть сегодня? // Советская музыка. — 1988. — № 11. С. 83-91; 1989. — № 1. С. 71-77; № 2. С. 38-43; № 5. С. 82-89; № 8. С. 48-54.
[2] Музыкальная наука: Какой ей быть сегодня? // Советская музыка. — 1988. — № 11. С. 84
[3] Музыкальная наука: Какой ей быть сегодня? // Советская музыка. — 1989. — № 5. С. 87.
[4] Музыкальная наука: Какой ей быть сегодня? // Советская музыка. — 1988. — № 11. С. 84.
[5] Там же. — С. 88. Кстати, о необходимости философии музыки как обобщённого научного знания о музыкальном искусстве писали еще в 70-х годах. См. об этом, например: Фарбштейн А.А. Музыка и эстетика: Философские очерки о современных дискуссиях в марксистском музыкознании. Л., 1976.
[6] Физико-акустический уровень — естественно-природный (физический) «срез» звучания музыки. Коммуникативно-интонационный уровень — естественно-природный (интонационный или биологический) «срез» звучания музыки. Духовно-ценностный уровень — социокультурный аспект звучания музыки. Наличие физико-акустического, коммуникативно-интонационного и духовно-ценностного уровней звучания музыки способствует, согласно этим уровням, воздействию музыкального искусства на физическую («неживую»), биологическую («живую») и социокультурную реальность. Подробнее см. об этом в наших работах: Клюев А.С. Музыка и жизнь: О месте музыкального искусства в развивающемся мире. СПб., 1997; Его же: Онтологическое изучение музыкального искусства на пороге III тысячелетия // Культура на пороге III тысячелетия: Материалы IV Международного семинара в Санкт-Петербурге 30 мая — 3 июня 1997 года. СПб., 1998. С. 56-66; Музыка в системе «Природа — общество». СПб., 2000 и др.
[7] В нашем понимании психической деятельности человека мы опираемся на работы П.В. Симонова. См. в этой связи: Симонов П.В. Созидающий мозг: Нейробиологические основы творчества. М., 1993 и др.
[8] Бонфельд М.Ш. Музыка как речь и как мышление: Опыт системного исследования музыкального искусства: Автореф. дис. … докт. иск. М., 1993. С. 40.
[9] Раппопорт С.Х. Природа искусства и специфика музыки // Эстетические очерки: Избранное. М., 1980. С. 98.
[10] Там же. С. 100.


nationalvanguard


 

   
вверх  Библиография г. Ивано-Франковск, Группа исследования основ изначальной традиции "Мезогея", Украина


Найти: на:
Підтримка сайту: Олег Гуцуляк goutsoullac@rambler.ru / Оновлення 

  найліпше оглядати у Internet
Explorer 6.0 на екрані 800x600   |   кодування: Win-1251 (Windows Cyrillic)  


Copyright © 2006. При распространении и воспроизведении материалов обязательна ссылка на электронное периодическое издание «Институт стратегических исследований нарративных систем»