НАЧАЛО  



  ПУБЛИКАЦИИ  



  БИБЛИОТЕКА  



  КОНТАКТЫ  



  E-MAIL  



  ГОСТЕВАЯ  



  ЧАТ  



  ФОРУМ / FORUM  



  СООБЩЕСТВО  







Наши счётчики

Яндекс цитування

 

      
Институт стратегического анализа нарративных систем
(ИСАНС)
L'institut de l'analyse strategique des systemes narratifs
(IASSN)
Інститут стратегічного аналізу наративних систем
(ІСАНС)



стихи

Ирина Гирлянова

МОНОЛОГИ ВО ВРЕМЕНИ.

ОЛЬГА.24 июля.

Приравняли к апостолам, что ли?
Я - жива! Опостылели - вы!
Для варяжеской девочки Оли
или Хельги - хватает молвы.
Здравый ум, ведь, у Ольг от Олегов.
Может, ум. Может, имя и кровь.
Там, на родине, - лёд из-под снега,
и с холодным расчётом - любовь.
Занесло же как ветром оттуда
и носило до самых югов…
Я - княгинею киевской буду.
И убийцею ваших богов.
За морями телушка - полушка.
Дорог ныне провоз-перевоз.
Да! Я Игоря-князя за душу
провезла! Но не в этом вопрос.
Я, как Ксения князя Тверского,
как Февронья Петра, - дождалась!
Провезла, привязав… Это к слову.
Вам зачем летописная грязь?
Ко двору ли пришлась? Я не знаю.
Не крестите крещёных словцом.
Мне "Фике", Катерина Вторая,
с пониманием смотрит в лицо.
Принимайте, славяне, хозяек:
мы - врастём! Будет тело одно.
Будет Русь и Россия… Нельзя ли
не влезать в мою душу на дно?!
Что ж, хотите? - Скажу так, как было.
А потом, хоть суди, хоть ряди.
Я - любила! Я мужа любила
до физической боли в крови!
И, когда моей лады не стало
среди ваших древлянских голов,
сердце - съёжилось, стало металлом.
Это женщинам ясно без слов.
Вам, язычникам, зычным невеждам,
не понять никому: не прощу!
И за встречу на Небе, - надежду! -
окрещусь и других окрещу.
Я могла бы крутить Византией,
император - не придурок Мал! -
но сказал он: готовьте пути ей!
Пусть уходит, как знает сама!
Я же - к сыну вернусь. К Святославу.
Он такой же, как я, "славянин"…
Приравняли к апостолам? Браво!
Как хотите. Кой чёрт. Хрен один.

МАЛУША.

Отец разбит. Мы - жалкие рабы.
Кому древляне, а кому - друиды.
В своих лесах оставили обиды,
ведь нужно жить! Ох, поворот судьбы!
Мой Святослав - не промах. Крепкий муж.
Что ж, мой отец - убил его папашу.
И, может, в этом было счастье наше.
Иль наше горе? Мало ли Малуш?!
Муж мечется, как пардус, по земле.
А я - храню ключи моей свекрови…
Смешалось - всё! Родство скрепивши кровью,
впредь ни о чём не буду я жалеть!
Мой сын в меня умом своим пойдёт.
А в бабку - будет хитрым и жестоким…
Уписывает щи за обе щёки, -
ах, солнышко моё! Моё дитё!
Владимиру я всё ж - родная мать!
И чем бы Ольга не прельщала внуков,
главнее - материнская наука!
(Свою б кровинку чаще обнимать!)
Он - будет князь! Хоть мать его - раба,
тишайшая и скромная Малуша.
Дитё моё, прошу тебя, послушай:
нам невозможно корни оборвать!
Они стожильны от родных дерев.
Искоростень ночами часто снится…
Я, ключница и вечная черница,
средь стен чужих страдаю, замерев.
В Переяславце - блага и плоды,
и дань, и кладь - во власти Святослава.
Он - князь! Он - прав! Имеет право права.
А я - никто. Ничто мои труды.
Прости, мой сын. Ты за меня снесёшь
ещё обид и бед - что воз с поклажей.
И пусть тебя не подведет однажды
славянский меч или варяжский нож.

ВЛАДИМИР.28 июня.

На то и буря, чтобы крыла мглой,
сшибала наземь сухостой и сучья.
Есть для всего, для малости любой
в природе и судьбе - особый случай.
Где Ярополк? Отобран отчий край,
заветы бабки и любовь Рогнеды…
Продумана и сдвинута игра,
что начата по-рюриковски дедом.
А случай - был! Свернуть к своим богам
или податься по магометанам…
Но бабкина муштра тем дорога,
что скоро Русью всей - к хоругвям стану!
Был русский стан на полосы разбит:
вот Новгород, вот Коростень, вот Киев…
Но я - добьюсь Рогнедовой любви,
переступив чрез правила людские!
Убью её братьёв, её отца!
Я, Ольгин внук и умный сын Малуши,
я доведу задумки до конца.
Потом потомки будут сказки слушать.
Я отомщу за эту рабью кровь!
Владеть - так миром! Я не будь Владимир!
Дрожи, Рогнеда! Вот твоя любовь,
средь мертвецов! А я - царю над ними!
Я позже замолю свои грехи.
Богов сменю. Ведь это очень просто.
Ты плачешь, Анна?! Что же, мы - лихи,
и собираем дань на всех погостах…
Поплачьте, жёнки! Так же выла мать,
мешая кровь древлян к крови варягов.
Я - нарожу сынов. Руси - на благо.
(А может, иго?) Боле что имать?!
Ах, да! Крестов наставил Анастас!
Он сдал мне Корсунь. В руки город предал.
Вот, христиане, отчего все беды, -
предательство! Спаси же, боже, нас!
А Перуна - к ручью! Я так решил.
Пусть сам себя, коль бог он есть, спасает…
Знакомо что-то… Гречески писанья -
по расписанью для моей души!
Я замолю и свой, и бабкин грех.
За умерщвлённых Русью днесь святою…
Вы, люди, - пешки в княжеской игре!
Я - солнце красное! И бабки Ольги стою.

РОГНЕДА.

Отдайте сына! И ни слов, ни слав,
ни грозных, ни дурных - вовек не надо.
Мой милый мальчик, славный Ярослав,
мне в жизни ты лишь радость и отрада.
Всю жизнь я твоего терплю отца,
убийцу (Полоцк знает!), не "святошу".
В себе, с собой ношу я эту ношу
и ненависть приемлю до конца.
…Отдайте сына! Только десять лет
ему всего лишь! Младость пощадите!
Я - мать, Рогнеда, - будущих событий
родительница в Киевской земле.
Сын, знай, что сила - лишь рождает власть.
Удержит власть лишь хитрость и порука.
я, может быть, дождусь когда-то внуков…
Тебе бы только выжить и не пасть
в бою…Будь яр! Будь яростен и смел!
Ты - отомстишь. Я знаю, это будет.
Отец твой - зверь. Но при большом уме.
Я знаю то, о чём не знают люди.
И ты, мой сын, в помин моей души
монетой той же отвечай злодею…
Научишься. Как Новгород умеет.
Ты всё сумеешь… Ясик, не спеши,
побудь со мной хоть несколько минут.
Увидимся ли, свидимся ли, милый?
Мне крест нести, как Анне, до могилы
и проклинать сей город и страну,
все эти земли, что лежат в крови
и братских боен видели немало…
Я слишком много видела и знала.
Не знала только счастья и любви.
…А мог быть Ярополк твоим отцом…
Мой Ярослав… Но не помог Ярило.
Будь мудр, - я говорю и говорила.
И не всегда вставай к лицу лицом.
А подлецам - и ядом поделом!
Отцов, как псов… Хоть княжеского рода.
Но мать - одна. Стань славой для народа.
Что солнце красное!? - Спустилось и зашло.

ИНГИГЕРДА.

Славянка, что ль? И все мои сыны -
такие ж, как у Анны и Рогнеды.
Так вот откуда на Руси все беды:
князья своей не любят стороны!
Что Русью движет? - Ненависть к отцам,
презренье к матерям и жажда власти.
Так вот откуда на Руси напасти
и времена разлада и конца!
Я, из варяжских северных принцесс,
не так глупа, как мнилось Ярославу.
Славянка, что ль? С меня пошёл процесс.
Разбавим кровь и бешеные нравы.
Ещё не раз к варягам побегут…
Среди потомков скифов и сарматов
я весь свой век укореняюсь тут,
сыта здесь буду и вполне богата.
Сюда, тевтонки! Не ходить с мечом,
так вовремя сюда пришлите дочек!
Мой мудрый муж согласен, между прочим…
Как за стеной, я за его плечом.
Малой и колченогий? - Не беда!
Я по уму всё рассудила здраво.
Отец - король. Муж - князь. Я - молода.
И это мне даёт на что-то право.
В истории забиты все места
согласно сплетням летописцев давних.
Но это - вам виднее и забавней,
тому, кто будет фолиант листать.
Так вот: убить иль просто раздробить?
И рассуждаю я по-женски просто:
хоть кроем землю коркою погостов,
и мне своей не изменить судьбы,
но всё же кровь - значительная вещь!
В ней и характер, и историй залы…
Олег, норманн, ваш князь, был зол и вещ,
и я, норманка, с Русью жизнь связала.
Сыны потащат в гнёздышка свои
земель богатства чернозёмных этих…
Знать, не напрасно прожила на свете
я, Ингигерда. Гордо. Без любви.

ЯРОСЛАВ.

Иметь детей во множестве - кошмар.
Всё эти бабы: девки или жёнки…
И так вокруг гульба и напряжёнка,
и - нате! - получайте "божий дар"!
И сам я пострадал от "братских уз".
Как волки грызлись мы со Святополком.
Да только что, скажу вам, в этом толку!
Весь мир в междоусобицах загруз.
Нет, лучше уж монетой, чем ножом.
Ешё лучшее - третьими руками…
Напоставлял я за границы жён,
моих лазутчиц ( это между нами),
и наделил всех сыновей, кажись.
Ну, что же вам опять неймётся, братцы?
Как невесома эта штука - жизнь,
чтобы всю жизнь собачиться и драться!
Я Мудрым стал не сразу. Путал грех.
Хотелось воли полной и достатка…
Остался я один из братьев всех.
Прости, Мстислав. И спи в могиле сладко.
Борис и Глеб? - Нет, не моя вина!
По глупости погибли и по дури.
Куда сбежать бы от кошмаров сна?
В чём был я прав? А в чём набедокурил?
Мне отпустил грехи Илларион.
Не смерд и не холоп, но столь мне тяжко!
"Закон и благодать" - то лишь бумажка.
С хвалебным словом лезут на поклон:
мол, храм построил, книг при храме - тьма…
Но я-то знаю: в мрамор если лягу -
всё разлетится к чёрту! И варягам
уже не вставить больше нам ума.
Лишь Всеволод (кажись, четвёртый сын) -
благословен, как Рюрикович, мною…
Ох, что же будет за моей спиною
с моею Русью…Ох, конец один…

МОНОМАХ.

С восьми годков посажен на коня.
Женился рано на английке Гите.
И столько в жизни перенёс событий,
что вряд ли вы забудете меня…
Одна лишь шапка - полный эксклюзив!
Но в битвах и походах что в ней толку?
Врёт в Киеве Путята Святополку.
"Солёный бунт"…Еси на небеси…
Придётся Переяслав бросить мне
и в Киеве держать свою дружину.
Судьба моя - дорогами чужими
подолгу рыскать в дальней стороне
и половцам подчас напоминать
кто есть хозяин в половецких плясках…
И даже в жёны сыну без опаски
младую дочку ханскую отдать!
Единым махом обрублю концы.
Не ведаю ни устали, ни страха.
Имела Византия Мономаха, -
и Русь теперь веду я под уздцы.
Влади - мир… Но владеть ли миром? Что ж,
"поганые свои" - ведь тоже люди…
Нет, Русь меня наверно не забудет
за мой нравоучительный долбёж!
Сыны мои, имейте божий страх.
Знай, не теряй, присматривай без лени…
Я поучаю на сто поколений
вперёд. И это, други, не игра.
Последняя попытка - быть страной!
А не набором кольев для забора.
Русь позабудет, - нет! - меня не скоро.
И - будет Русь!…Но вот какой ценой?

КРИСТИНА. МАЛФРИД. ИНГЕБОРГ. ЕВФРОСИНИЯ. ИРИНА.

Кристина - шведка. Всё из тех кровей,
что по-варяжски нам ума вставляли.
Вот - две её дочурки, куклы, ляли.
Все в кружевах от попки до бровей.
И каждая - не шведка, но княжна
и внучка - да! - их деда, Мономаха.
Такой расклад. И девочки без страха
глядят на Киев. Это - их страна.
Зовётся кратко и понятно: Русь.
А девочек по-чудному назвали:
Малфрид и Ингеборг. Я не берусь
найти их в святцах имена… Едва ли.
Одну за шведского пристроят короля,
другую прочат в датскую сторонку…
Но это - тоже русские девчонки,
глядят на Киев, хнычут и гулят,
или гуляют, первый шаг проделав
по вотчине отцовской…Как дела?
Наследницы престола и стола,
носительницы княжеского тела?
…А вот ещё достойная картинка:
На пару лет лишь позже, но лежат
в пелёнках сёстры - Фроська и Иринка.
У этих тоже русская душа.
Во стольном граде нос в пелёнки прячут.
Судьбу не поменяешь, чёрт возьми…
Да, видимо история иначе
распорядиться не могла детьми.
Венец и династические браки…
Их, полукровок, тот же ждал черёд.
Так кто же русский? - Борзые собаки.
Да и у тех есть помеси пород.

ЮРИЙ ДОЛГОРУКИЙ.

Князь Долгорукий. Юрий. Младший сын,
меньшой последыш бати- Мономаха.
Гляжу на вас сквозь даль времён из праха.
Москва - моя! И я у ней - один.
Я - основатель главной из столиц.
Ф-ф-у-х! Мошкара - докучливей москитов…
Средь топей, гатей, лиц и небылиц
Москва, как лагерь кочевой, разбита.
Владимир, Суздаль, северный Ростов,
теперь - Москва… Славянские победы.
Но я за Киев - вотчину - готов
вцепиться мёртвой хваткой напоследок.
Я с сыновьями знал во власти толк:
Рязань, Смоленск… А глаз - косит на Киев!
Где брату брат - не брат, а серый волк.
Стервозные и злые мы такие.
Мне вотчиной - страна! Но мало мне.
Я помню Киев и братка Мстислава.
А мне - в чужой ютиться стороне?
Хоть я имею все права и право!
Что мне Москва! Лишь новостройка. Всё ж,
тянуть далёко я умею руки.
Когда-нибудь (потомок, ты поймёшь)
я - возвращусь. С тоски или от скуки.
Куда вам деться, злые языки!
Я, соль обид и поражений зная,
(отмстить Мстиславу ныне не с руки)
всё дальше, дальше руки простираю.
Москву смостив, укореняюсь тут.
Устав отца? Всё бренно или тленно…
По старшинству - земель не раздают!
Как первенцам везёт обыкновенно!
Так выбирайте иго - по плечам,
хомут надев на собственную шею.
Я руки в Киев протянуть сумею.
И ни за что не буду отвечать!

НОВГОРОДЦЫ.

Мы, Новгород Великий, это - Мы!
Не князь, не царь, а Господин и Вече.
Сквозь тьму веков мы ждали этой встречи
и смотрим, ожидая, среди тьмы.
Новгородов, как Новгородов, - тьма!
А был ли Старый Город - неизвестно.
Мы выжили и сдюжили, как местность,
и, как названье, - слажены весьма.
На бересте иссохшихся берёз
и в памяти потомков простоватых
звучит, как заклинание, вопрос:
-Русь и Россия, чем мы виноваты?
Не лезли на рожон или в "царьки",
копили, торговали, бедовали…
Не раз на нас бросались чужаки.
"Порт трёх морей" - когда-то нас прозвали.
Со Псковом мы сдружились второпях,
писали челобитные и требы…
Впивались во вражину, как репях,
в час лихолетий под нависшим небом…
Посадников садили из бояр,
архиепископ был главой по вере…
Окно в Европу? Да, по крайней мере,
Мы - дверкой были! И везли товар!
Чем город - не герой? Стары, как Русь,
из крепостёнки крепкой став державой.
Транзитом из варяг служили - пусть.
Но выслужили честь свою по праву.
Остановив тевтонцев Ордена,
мы балтию для руси отстояли.
Да, не юга…Но что без нас страна?
Взошла - из нас! И сдвинется едва ли.
Двина, Нева, Изжора, Чудский лёд…
Мы - севером заведуем, где жарко.
Мы - новгородский городской народ!
Спокон веков мы держим эту марку.

АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ.

"А кто с мечом пойдёт, то от меча и…" Да!
Перекуём когда-то на орала.
Небезопасна внешняя среда.
И бдительности вам, потомки, мало.
Четвёртый Рим или четвёртый рейх.
Подлёдный лов и новая поклёвка.
Оставьте меч пока что - у дверей.
Хоть перед Богом, господи, неловко.
Я, Александр, стал Невским не зазря.
Как будто видел Ленинград и Питер.
Как будто знал, что нет календаря
и давности для сроков и событий.
Я знал и помнил, что ходить с мечом -
ещё не всё. Смекалка - как железо.
Вы думаете, это нипочём -
кромсать, рубить, пронзать, колоть и резать?
Ох, Господи, прости! Моя ль вина -
быть воином, не рыцарем крестовым?!
Есть ценность абсолютнее - страна.
Есть - Родина. И это есть основа.
Хоть Новгород - не Киев, на Руси,
разоренной при мне ещё Батыем,
меч на орала - Боже, упаси, -
нельзя менять! Они хоть золотые.
В прибалтику из дальних палестин
везут мечи и спешно Ревель строят…
Так было, будет… Господи, прости.
А Русь рожает сызнова героев.
Так кто с мечом? А кто - с гнилой деньгой?
Гаврила Алексеич! Савва! К бою!
Да! Я доволен, Господи, судьбою.
И мне не нужно Родины другой.

ИВАН КАЛИТА.

Зовут - Иван. Прозванье - Калита.
Мешок с деньгами. То есть - славный кошель.
Кому - негодный, а кому - хороший.
Хоть хитростью добыта правота.
По отчеству - Данилыч. Дед же мой -
был Александр, что Невским стал когда-то,
Нов-город бороня от супостата,
с победой возвратившийся домой.
Он, под воду спуская немчуру,
доволен был во страх свершённым делом.
Порода наша издревле умела
лихое худо обращать к добру..
А я - ещё и тактик, и стратег.
Одних другими ловко подавляю.
И прирезаю я уделы с краю
к моей Москве… По хитрой простоте.
Что? Хуже воровства? Собой - горжусь.
И цель моя оправдывает средства.
Я Тверь добил по-русски по соседству.
Москва тебе - не Киевская Русь!
Я раздробить и разорить - не дам!
Подстилкой под Орду заради лягу.
Я, улещая, выдернул бумагу
на власть и дань по русским городам!
Митрополит - и тот теперь в Москве!
Какой там Киев! Я - столица ныне.
И, может быть, я лопну от гордыни,
свого "царя" имея в голове!
Мой Дмитрий-внук укрепит те куски,
что я стащил и превратил в державу.
На поле Куликовом став Донским,
останется московским он по праву.
Я в узел закручу вся Русь, в кулак!
Деньгой, давленьем, подлостью - не важно.
Я - сделал Русь. Она родилась дважды.
До века будет вольна и цела.

ВАСИЛИЙ ТЁМНЫЙ.

Опять война и выясненье прав.
Сценарий этот действует поныне.
Братья! Браточки! Мало вам добра?
Богатств и власти? Как на Украине?
Так Киев кончил. Кончит и Москва.
Я слеп, но вижу: вновь идут татары…
Шемяка, зверь, ты - брат мне чёрта с два!
Я - зрю! Ты ослепил меня недаром.
Я зрю и вижу: будет судный день,
в аду сгоришь, собака костромская!
Я грех твой, братка, нет, не отпускаю.
И в Угличе моя зависла тень.
Я буду Тёмным, но вернусь в Москву!
А ты скрывайся до смерти по норам.
Я - буду род свой продолжать. И скоро
придёт мой правнук грозный наяву.
С татарской кровью? Лучше уж, - они!
Хотя б понятно: кто есть враг, чьи стрелы…
А вы так распри длите неумело,
года считая, будто это - дни.
Наш общий дед задонских куликов
согнал, чтоб было где костям пылиться…
Я - помолюсь за наших дураков,
в провинциях живущих и в столицах.
Тебе, Шемяка, - не "шемякин" суд.
Ты умер где-то в Новгороде строгом…
Русь, как всегда, пойдёт своей дорогой,
и дураки дороги не спасут.
А вас, князей, я вижу всех насквозь:
всё зависть, жадность и разборки с пьяни…
Что ж, не на вас Иосифа и Вани…
Решайте, кто вы… Вместе или врозь.
У каждого свой ум и монастырь.
Своя дорога и своя могила.
Я - помолюсь за вас, слепых и хилых.
Я - зрю сквозь время. В глубину и вширь.

ИВАН ГРОЗНЫЙ.

Всё - татарва! И бешеная кровь.
Наследственность плоха у этих Глинских.
Но с молоком впитал я материнским
стремленье к власти! К "царствию" любовь.
Другой мой дед - колокола припёр
из Новгорода, что скликали Вече.
Один в Кремле валяется… И нечем
купцам к литвинам ластиться с тех пор.
А хан Ахмат тем дедом на Угре
Отброшен был с Московии за реку…
Поместья дворовому человеку
дед раздавал за службу при дворе.
Собак, и тех положено кормить…
Под страхом же держать - того вернее.
Стрельцы, Приказы - славная затея!
Умею, грешный, я и быть, и бить!
Я сам теперь царюю по-уму:
Казань забрал и Астрахань от хана.
Опричь себя - не верю никому.
Люблю себя, VI -го Ивана.
Прозвали Грозным? Деспот, мол, тиран…
А по-другому как подняться царству?
Русь - не Москва лишь только. Государство!
Я - Государь великий ваш, Иван!
Я воевал с Ливонией, и Крым
меня не раз долбал своим Гиреем.
А вы хотите, чтоб я был добрее…
К врагам и соглядатаям своим?
Наполовину я татарин, да!
Головорез, каких средь них немало.
Так вот откуда есть моё начало!
В крови умою Русь я без труда!
Я умер в марте… Славный месяц март.
С Иосифом мы в пекле стонем рядом.
Нам, бесноватым, так туда и надо,
познавшим вкус во власти и азарт!
… Но наказал меня при жизни Бог:
в порыве страсти иль в великом гневе -
убить того, кто выношен во чреве
был от меня! Определён итог.
Прервалась связь и выродился род.
Все сыновья мои лежат в могиле.
Последние из Рюриков мы были.
Как вы живёте там без нас, народ?!
Всё делите, - что я с трудом сволок?
Не помня ни о чём, раз думать нечем?
А я б воткнул вам головы на плечи!
Поднялся б из могилы, если б смог!
А, впрочем, погодите, доберусь!
Хоризмы - много. Вылечусь, - лечите.
Романовы - задрали нашу Русь.
Но время - лучший лекарь и учитель.

РЮРИК.

Замкнулся круг. Слова сошли на "нет".
Мой генотип - во времени утерян.
Вы крыльями прохлопали, тетери,
наследственность, несомую во мне!
А викинги - откуда? С северов?
Туда от дури, что ли, мчатся птицы?
Не Греция - с достатков чтоб резвиться,
гуляя меж торосов и ветров!
Всё - переврали. Все - передрались.
Я - умер? Или был убит своими?
Осталось между вами только имя,
несомое от краешка земли.
Я, что - похож на тамошний их люд?!
Я - узкоглаз, раскос, короток, чёрен?
Но русых русью до сих пор зовут
у вас, ссевая плевелы из зёрен.
Неандертальцы? Кроманьонцы? Что ж,
там - эскимосы, иннуиты те же…
А - я? Откуда прибыл к побережью?
Из стали из какой со мною нож?
Варяги и норманны? Может быть.
Ну, называйте так, как вам неймётся…
Все - умерли… И что вам остаётся?
Лишь только помолиться на гробы.
Своим богам. А боги были - мы!
Покинув рай, свою Гиперборею,
хотя б воспоминанием согрею
себя средь смерти и полярной тьмы,
и распахну глаза… Синим-синё!
…Я потерял товарища и брата.
Всё остальное - толмачей враньё,
что переврали жизнь мою когда-то.
Живите с богом… С вашим иль чужим.
Мне Игоря спасли - хвалю за это.
История - хранит свои секреты.
Попробуйте, во времени - прожить…

 

***

Пофилософствовать – так хлебом не корми…
А накропать, так нету мёду слаще.
Мой друг-писака, ни за грош пропащий,
всё неуклюжей бродит меж людьми!
Растрёпан и взъерошен воробьём.
Тот зуд писанья не изжить, наверно.
Хоть говорят: ты пишешь, братец, скверно,
но есть надежда… И она – при нём!
Нет горя при отсутствии ума!
Писательство, как сатана, изыди…
Писаку страшным словом «графоман»
кому ни лень стараются обидеть.
А он – упрям! Из подмастерьев он.
Но в мастаки со временем пробьётся.
На всё, про всё и всем хватает солнца,
не закрывайте никому окон.
Пегас ведь тоже вылез из медуз.
(Пегас Горгоныч загонял Химеру!)
Но сбрасывает всех, будь даже туз,
кто вознесёт себя без всякой меры.
Взбрыкнёт, и от падения с ума,
с какого есть, свихнёшься, как с катушек…
Браток-писака! Я грешна сама.
Писать, что пить. Спасите наши души

nationalvanguard



 

   
вверх  Библиография г. Ивано-Франковск, Группа исследования основ изначальной традиции "Мезогея", Украина


Найти: на:
Підтримка сайту: Олег Гуцуляк goutsoullac@rambler.ru / Оновлення 

  найліпше оглядати у Internet
Explorer 6.0 на екрані 800x600   |   кодування: Win-1251 (Windows Cyrillic)  


Copyright © 2006. При распространении и воспроизведении материалов обязательна ссылка на электронное периодическое издание «Институт стратегических исследований нарративных систем»